Погода уже три дня стояла тихая и теплая. На улицах не было видно ни клочка снега, и грязное место заменилось блестящей мостовой и быстрыми ручьями. С крыш уже стекали последние капли, и в палисаднике на деревьях надувались почки. На дворе была сухая дорожка, и около крыльца, между камнями, зазеленела мшистая трава. Был тот особенный период весны, который сильнее всего действует на душу человека: яркое солнце, ручьи и проталинки, пахучая свежесть в воздухе и нежно-голубое небо. Все предметы были освещены ярко, и комната повеселела. Какое-то новое для меня чувство проникло мне в душу. Мокрая земля, по которой кое-где выбивались ярко-зеленые иглы, травы, блестящие на солнце, ручьи, пахучий сырой воздух и радостное солнце - все мне говорило про красоту, счастье и добродетельСовременные астрономы, считая, что в Солнечной системе когда-то была еще одна планета, погибшая в космической катастрофе, ищут подтверждения этой гипотезе в древнегреческих мифах, напоминающих о судьбе этой десятой планеты. Это миф о Фаэтоне, сыне Гелиоса – бога Солнца. Однажды Гелиос, бог Солнца, уступая настойчивым просьбам Фаэтона, своего сына, разрешил ему проехаться по небу на солнечной колеснице. Огнедышащие кони, не чувствуя могучей руки Гелиоса, подхватили с места и понеслись. Когда испуганный Фаэтон бросил вожжи, кони взвелись, то увлекая колесницу высоко к звездам, то спускаясь до самой Земли. Земля запылала, вскипели реки. Разгневанный Зевс, царь богов, разбил колесницу, разбросав ее обломки и упряжь по небу. Кони разбежались, а Фаэтон был низвергнут в реку.К ночи становится очень холодно и росисто. Надышавшись на гумне ржаным ароматом новой соломы и мякины, бодро идешь домой к ужину мимо садового вала. Голоса на деревне или скрип ворот раздаются по студеной заре необыкновенно ясно. Темнеет. И вот еще запах: в саду костер, и крепко тянет душистым дымом вишневых сучьев. В темноте, в глубине сада, сказочная картина: точно в уголке ада пылает около шалаша багровое пламя, окруженное мраком, и чьи-то черные, точно вырезанные из черного дерева силуэты двигаются вокруг костра, меж тем как гигантские тени от них ходят по яблоням. То по всему дереву ляжет черная рука в несколько аршин, то четко нарисуются две ноги - два черных столба. И вдруг все это скользнет с яблони, и тень упадет по всей аллее: от шалаша до самой калитки.