Спартанcкие цари считали себя Гераклидами – потомками героя Геракла. Их воинственность стала нарицательной, и совершенно обоснованно: боевой строй спартанцев был прямым предшественником фаланги Александра Македонского.Спартанцы внимательно относились к знамениям и пророчествам и очень прислушивались к мнению дельфийского оракула. Культурное наследие Спарты не известно так же хорошо, как афинское, во многом из-за настороженности воинственного народа к письму: к примеру, их законы передавались устно, а на не-воинских надгробиях было запрещено писать имена умерших.Однако если бы не Спарта, культура Греции могла бы быть ассимилирована чужеземцами, беспрестанно вторгавшимися на территорию Эллады. Дело в том, что Спарта была фактически единственным полисом, у которого не просто была боеспособная армия, но вся жизнь которого подчинялась армейскому порядку, проходила по строжайшему расписанию, призванному дисциплинировать воинов. Возникновением такого милитаризированного общества спартанцы были обязаны уникальным историческим обстоятельствам.Начало X века до н. э. принято считать временем первого масштабного заселения территории Лаконии, то есть будущей Спарты и прилегающих к ней земель. В VIII веке спартанцы предприняли экспансию на близлежащие земли Мессении. В ходе оккупации они решили не уничтожать местных жителей, а сделать их своими рабами, которые известны как илоты – буквально «пленные». Но создание колоссального рабовладельческого комплекса повлекло за собой неизбежные восстания: в VII веке илоты в течение нескольких лет боролись с поработителями, и это стало уроком Спарте.Законы, установленные по легенде спартанским царем-законодателем по имени Ликург (в переводе – «волк-труженик») еще в IX веке, послужили урегулированию внутриполитической обстановки после завоевания Мессении. Земли илотов спартанцы распределили между всеми гражданами, а все полноправные граждане составляли костяк армии (порядка 9000 человек в VII веке – в 10 раз больше, чем в любом другом греческом полисе) и имели гоплитское вооружение. Укрепление армии, продиктованное, возможно, опасением, что вспыхнет очередное восстание рабов, способствовало чрезвычайному увеличению влияния спартанцев в регионе и формированию особенного строя жизни, характерного только для Спарты.С целью оптимальной подготовки воинов Спарты их с семилетнего возраста отправляли в централизованные государственные структуры, где они до 18 лет проводили время в интенсивных тренировках. Это было своеобразной ступенью инициации: чтобы стать полноправным гражданином, нужно было не только успешно пройти все испытания 11 лет обучения, но и в качестве доказательства своих умений и бесстрашия в одиночку убить кинжалом илота. Неудивительно, что у илотов постоянно возникал повод для очередных выступлений. Широко распространенная легенда о казни неполноценных спартанских мальчиков или даже младенцев, скорее всего, не имеет под собой реальной исторической основы, так как в полисе даже существовала определенная общественная прослойка гипомейонов - физически или умственно неполноценных «граждан».