Нок не выдержал, гавкнул и бросился в погоню. - Несолидно он себя ведет, - с улыбкой сказал Алексей Борисович. А Серёжа с беспокойством следил за Ноком: не слопал бы пес в самом деле такую симпатичную бабочку. Не слопал, не догнал. И, виновато моргая, вернулся к хозяину. - Будешь пиратничать - намордник наденем, - пообещал Серёжа. Нок дурашливо фыркнул и замотал головой. К морде прилипли травинки. - Смотрите, Алексей Борисович, он траву ел! Говорят, если собака траву ест, значит, дождь будет. - Да нет, едва ли. Это он просто с голоду. Я и сам готов подорожник жевать. А дождя не должно быть, небо вон какое хорошее. В небе замерли желтовато-белые груды облаков, которые никогда не закрывают солнца и не грозят ненастьем. Ветра совсем не было. В прогретом воздухе стоял густой запах луга. Солнце припекало плечи. - Придем к реке - искупаться можно будет, - мечтательно сказал Серёжа. Реку еще не было видно. Она лежала вровень с нкими берегами. Темные полоски прибрежных кустов и высокие травы закрывали воду. Лишь редка пробивался вдали сквозь зелень синевато-стеклянный блеск. Но вот кусты приблились, расступились. Сразу же распахнулась перед путешественниками голубая вода с отраженными облаками. Нок бросился к песчаной полоске, ступил в воду передними лапами и принялся лакать с таким усердием, что внутри у него забулькало. - Алексей Борисович, я окунусь, можно? - заторопился Серёжа. - Мы с Ноком. На минуточку. - Подожди-ка, дружище, - быстро сказал Алексей Борисович. Он смотрел вдоль берега. - Постой-ка. Нам, кажется, повезло больше, чем я ожидал. Пошли. Ты видишь? В сотне метров от них стояла на отмели баржа, а к ней приткнулся бортом крупный катер с белой рубкой и тонкой мачтой.