Самый напряженный период жизни Пьера Безухова - накануне и во время войны 1812 года. Глазами Пьера читатели романа наблюдают за знаменитой кометой 12-го года, предвещавшей необыкновенные и страшные, по общему убеждению, события. Канун войны осложняется для героя ясно осознанным им чувством глубокой любви к Наташе Ростовой, в разговоре с которой он проговаривается о своем чувстве. И в первые недели войны он был настолько охвачен своими личными переживаниями, связанными с охватившим его чувством к Наташе Ростовой, что все происходящее вокруг него казалось ему неважным и неинтересным. Но когда известия о близящейся катастрофе дошли до его сознания, он загорелся идеей, что ему предназначено “положить предел власти зверя”, и решил убить Наполеона. Пьеру захотелось вырваться из привычного жизненного круга и отказаться от своего богатства. Он понял, что “все это, ежели и стоит чего-нибудь, то только по тому наслаждению, с которым все это можно бросить”. Его охватило желание стать солдатом: “Войти в эту общую жизнь всем существом, проникнуться тем, что делает их такими”. Перед ним встал вопрос: “Как скинуть с себя все это лишнее, дьявольское, все бремя этого внешнего человека? ” Пьер решил соединить свою судьбу с судьбой своего народа.Когда началась война 1812 года, Болконский как будто забыл о том, что не желает больше служить в русской армии. Он отправился на войну на этот раз не в поисках славы, а с единственным желанием разделить судьбу своего народа. В нем не осталось и тени прежнего высокомерия. Он как человек воинского долга вновь совершает подвиг. Его полк стоит в резерве, но под непрерывным обстрелом. Князь Андрей получает смертельное ранение. Вместе с другими ранеными его эвакуируют из Москвы. Вновь он переживает глубокий душевный кризис. Он приходит к мысли, что отношения между людьми должны строиться на милосердии и любви, которые должны быть обращены даже к врагам.В госпитале, смертельно раненный князь Андрей, внезапно узнает в одном из раненых Анатоля Курагина. Анатолю ампутируют раздробленную ногу, а Болконского в это время терзает не столько физическая, сколько духовная рана. Он погрузился в воспоминания "из мира детского, чистого и любовного". В этот момент в его сознании соединились переживания ребенка и умирающего человека. И в таком соединении Болконский ощутил идеальное состояние души. Это было всего мгновение, но он вспомнил Наташу на балу 1810 года и теперь новая любовь к Наташе заставила его окрасить всё окружающее этим живым чувством и простить Анатоля Курагина.