1.И всего толькоодну неделю быть им дома? - говорила жалостно, со слезами на глазах, худощавая старуха мать.2. Беднаястарушка, привыкшая уже к таким поступкам своего мужа, печально глядела, сидя на лавке. 3.Она не смеланичего говорить; но услыша о таком страшном для нее решении, она немогла удержаться от слез; взглянула на детей своих, с которыми угрожала ей такая скораяразлука, - и никто бы не могописать всей безмолвной силы ее горести, которая, казалось, трепетала в глазах ее и в судорожно сжатых губах.4. Одна беднаямать не спала. Она приникла к изголовью дорогих сыновей своих, лежавших рядом; она расчесывала гребнем их молодые, небрежно всклоченные кудри и смачивала их слезами; онаглядела на них вся, глядела всеми чувствами, вся превратилась в однозрение и не могла наглядеться.5. Она вскормилаих собственною грудью, она возрастила, взлелеяла их - и только на один миг видит их перед собою. "Сынымои, сыны мои милые! что будет с вами? »6…. она была жалка, как всякая женщина того удалого века. Она мигтолько жила любовью, только в первую горячку страсти, в первую горячкуюности, - и уже суровый прельститель ее покидал ее для сабли, для товарищей, для бражничества.7. Она виделамужа в год два-три дня, и потом несколько лет о нем не бывало слуху.8. Она терпела оскорбления, даже побои; она виделаиз милости только оказываемые ласки, она была какое-то странное существо в этомсборище безженных рыцарей, на которых разгульное Запорожье набрасывало суровый колорит свой.9. Молодость без наслаждения мелькнула перед нею, и еепрекрасные свежие щеки и перси без лобзаний отцвели ипокрылись преждевременными морщинами.