поделите сказку царевна-лягушка  на части

а можно не сильно подбробно? можно по короче?

мне писать это все потом надо

Эта особенность волшебной сказки делает структуру персонажей способной к внутри- и межсюжетным трансформациям и дает возможность семантически однотипным фигурам исполнять в сюжете самые разнообразные роли (например, мать-даритель, мать- вредитель, мать-жертва и т. д.), что, естественно, значительно увеличивает вариативность сказочных коллизий.Итак, для внутрисюжетного функционирования персонажа важным оказывается не только то, какую типовую роль он выполняет, но и то, какими семантическими призн

Эта особенность волшебной сказки делает структуру персонажей способной к внутри- и межсюжетным трансформациям и дает возможность семантически однотипным фигурам исполнять в сюжете самые разнообразные роли (например, мать-даритель, мать- вредитель, мать-жертва и т. д.), что, естественно, значительно увеличивает вариативность сказочных коллизий.Итак, для внутрисюжетного функционирования персонажа важным оказывается не только то, какую типовую роль он выполняет, но и то, какими семантическими признаками он наделен, поскольку именно они соответствуют тем конфликтам, в которых данный персонаж принимает участие. Именно они обыгрываются в сюжете, задавая тем самым формы коллизий. Убийство, поборение, изведение связаны с такими оппозициями, как сильный - слабый, живой - мертвый, цельный - расчлененный; изгнание, заточение - с признаками бездомный, свободный - пленный; обладание, получение, похищение - с такими, как богатый - бедный, хозяин - слуга и т.д.Семантические признаки персонажа, реализующиеся в системе оппозиций, не только определяют характер сказочных коллизий, они могут меняться по ходу сюжета в силу того, что персонаж представляет собой пучок признаков, т. е. является многосоставным образованием, легко распадающимся и столь же легко комплектующимся в новое. Эта особенность структуры персонажа делает ее удобной для функционирования по законам сказочного повествования, так как она оказывается хорошо приспособленной для работы в условиях сюжета, построенного на ритмах потерь и приобретений.О мифологической основе фразеологических единиц, содержащих лексему «небо»Язык и культура, по мнению Е.Р. Тарасова, связаны друг с другом неким элементом: «Такой промежуточный элемент, обеспечивающий онтологическое единство языка и культуры, имеется - это идеальное, входящее в язык в виде значения языковых знаков и существующее в культуре в форме предметов культуры, т. е. в опредмеченной форме, в деятельностной форме, т. е. в форме деятельности, в образе результата деятельности». Таким образом, в языковой единице есть культурная информация. Мы, вслед за В.Н. Телия, называем ее «культурная коннотация».Автор учебника «Лингвокультурология» В.А Маслова, опираясь на труды видных ученых, утверждает, что культурная информация может быть представлена в номинативных единицах языка четырьмя способами: через культурные семы, культурный фон, культурные концепты и культурные коннотации. «Интерпретируя ФЕ на основе соотнесения их ассоциативно-образных восприятий со стереотипами, отражающими народный менталитет, мы тем самым раскрываем их культурно-национальный смысл и характер, которые и являются содержанием национально-культурной коннотации. План содержания ФЕ и метафоры, а также закрепленные за ними культурные коннотации сами становятся знанием, т. е. источником когнитивного освоения. Именно поэтому фразеологизмы и образно-мотивированные слова (метафоры) становятся экспонентами культурных знаков».