сочинитель и разбойник о чем меня заставила задуматься притча Сочинитель и Разбойник плиз плиз плиз

мне надо Сочинение

плиз

В жилище мрачное теней            На суд предстали пред судей            В один и тот же час: Грабитель        (Он по большим дорогам разбивал,            И в петлю, наконец, попал);Другой был славою покрытый Сочинитель:Он тонкий разливал в своих твореньях яд,Вселял безверие, укоренял разврат,            Был, как Сирена, сладкогласен,            И, как Сирена, был опасен.            В аду обряд судебный скор;            Нет проволочек бесполезных:            В минуту сделан приговор.            На страшных двух цепях железныхПовешены больших чугунных два котла:            В них виноватых рассадили,Дров под Разбойника большой костер взвалили;            Сама Мегера их зажгла        И развела такой ужасный пламень,        Что трескаться стал в сводах адских камень.Суд к Сочинителю, казалось, был не строг;        Под ним сперва чуть тлелся огонек;Но там, чем далее, тем боле разгорался.Вот веки протекли, огонь не унимался.Уж под Разбойником давно костер погас:Под Сочинителем он злей с часу́ на час.                Не видя облегченья,Писатель, наконец, кричит среди мученья,Что справедливости в богах нимало нет;            Что славой он наполнил свет        И ежели писал немножко вольно,        То слишком уж за то наказан больно;Что он не думал быть Разбойника грешней.        Тут перед ним, во всей красе своей,        С шипящими между волос змеями,            С кровавыми в руках бичами,Из адских трех сестер явилася одна.            «Несчастный!» говорит она:        «Ты ль Провидению пеняешь?        И ты ль с Разбойником себя равняешь?            Перед твоей ничто его вина.            По лютости своей и злости,                    Он вреден был,                    Пока лишь жил;А ты… уже твои давно истлели кости,            А солнце разу не взойдет,Чтоб новых от тебя не осветило бед.Твоих творений яд не только не слабеет,Но, разливаяся, век-от-веку лютеет.Смотри (тут свет ему узреть она дала),            Смотри на злые все делаИ на несчастия, которых ты виною!            Вон дети, стыд своих семей,—        Отчаянье отцов и матерей:Кем ум и сердце в них отравлены?— тобою.        Кто, осмеяв, как детские мечты,            Супружество, начальства, власти,Им причитал в вину людские все напастиИ связи общества рвался расторгнуть?— ты.Не ты ли величал безверье просвещеньем?Не ты ль в приманчивый, в прелестный вид облек                И страсти и порок?        И вон опоена твоим ученьем,                Там целая страна                        Полна            Убийствами и грабежами,            Раздорами и мятежамиИ до погибели доведена тобой!В ней каждой капли слез и крови — ты виной.И смел ты на богов хулой вооружиться?            А сколько впредь еще родится            От книг твоих на свете зол!Терпи ж; здесь по делам тебе и казни мера!»            Сказала гневная Мегера —        И крышкою захлопнула котел.