Прочитайте текст. Напишите о своих впечатлениях от рассказа.(7-12 пред.)

Умолкнувшая музыка
Рано утром Настина мама убегала на работу. Следом за ней собиралась в школу старшая сестра Верочка, а Настя остава­лась дома: у неё было воспаление лёгких, и она не ходила на занятия. Когда все уходили, Настя подходила к пианино. Она осто­рожно нажимала на клавиши и прислушивалась. Сказочные звуки издавал этот волшебный ящик. Если играть широко и плавно, получалась музыка заходящего солнца. Прыгающие звуки — это озорник кот Пёсик. Настя увлекалась музыкаль­ными фантазиями, представляла себе разные картины, давала этим картинам названия: «Игрушки поссорились», «Кот Пёсик», «Мама ушла на работу»... Миновал Новый год, а доктор всё качал сокрушённо1 голо­вой и не разрешал Насте выходить из дома: «Организм ослаб­лен, возможны осложнения, советую отправить девочку в санаторий. Тёплый климат — лучшее лечение». ...В санатории было хорошо, просто замечательно! Ребята и учились, и лечились, и гуляли. Ходили парами, как в детском саду. Настину руку держала в своей руке Милочка — кудря­вая, подвижная девочка. Она была из этих мест и знала назва­ния всех здешних растений и птиц. Оказалось, что кустарник с поднятыми вверх ветками-соцветиями называется «тамариск», а птица, которая так по­нравилась Насте, — бело-голубая грудка, перышки цвета крем-брюле и на каждом крыле белое колечко, — это сойка. — Знаешь, — смеясь, сказала Милочка, — а ты похожа на эту птицу, на сойку. На другой день Настя проснулась раньше всех. В окно све­тило солнце, на балконе искрились зелёные ветви, а на одной ветке сидела большая весёлая птица сойка! Она вспорхнула, полетела — и Настя замерла в восхищении. Орехово-белое и го­лубое, распахнуты крылья, медленные плавные движения... Настя вдруг услышала в себе музыку, смутную мелодию... Ей показалось, будто она сама была этой сойкой! Ей хотелось крикнуть: «Я — сойка!» И потом весь день звучала музыка в
Настиных ушах. И когда ложилась спать, она улыбалась, слу­шая про себя эту музыку. Однажды Вера Семёновна, воспитательница их группы, объявила, что скоро праздник. — Мы должны выявить таланты, кто что умеет делать — читать стихи, танцевать, петь. Тут Милочка крикнула, что Настя Семёнова умеет «играть на пианине». — Не на «пианине», а на пианино,— поправила её Вера Семёновна.— Ну-ка, покажись, Семёнова! Настя наклонила голову: — Только я... не особенно хорошо... — Что значит, «не особенно»? Ноты знаешь?.. Вот и всё. Боль­ше ничего не нужно. Я дам тебе ноты, ты выучишь — и порядок. Ребята оставались теперь каждый день после уроков и пели, а Вера Семёновна размахивала руками, дирижируя1. — Знаете что? — сказала воспитательница.— На сцену мы будем выходить под марш. А Настя выучит марш и сыграет... Ничего не поделаешь, Настя стала учить марш. Пальцы её с трудом справлялись, левая рука немела от одного-единст-венного аккорда. Ни песня, ни марш не нравились Насте,амеханическое повторение мелодии вызывало какое-то стран­ное безразличие. К сожалению, теперь ей почти не удавалось оставаться одной возле пианино и сочинять свою музыку. ...Наступил праздник. На утреннике их группа отлично маршировала, Вера Семёновна чётко считала: «Раз — два...» Подсказывала слова, если кто забывал стихотворение, дири­жировала. И Настя, послушная, исполнительная Настя, ни ра­зу не ошиблась. Потом были ещё праздники, новые утренники и вечера, и всякий раз Настя разбирала ноты, учила с ребята­ми песни, играла марши... А там и кончилось санаторное время. Она уезжала, когда уже распустилась сирень. В последний день Настя вышла на балкон, увидела летящую сойку: крылья цвета крем-брюле, голубые перышки, белые «окошки» сверкали на солнце. Но уже не зазвучала в душе Насти музыка, не захотелось ей крикнуть: «Я — сойка!» Настя вернулась домой. Её приняли в музыкальную школу, и через несколько месяцев она играла сложные музыкальные пьесы и получала отличные отметки. Но никто уже не слышал её музыкальных фантазий, грустных мелодий, странных ак­кордов, изображающих грузовую машину, шалости котёнка и полёт сойки. Музыка, которая жила в её душе, смолкла навсегда.