• От этой остановки автобусы поворачивали направо, к заводу, а потом ехали по самым окраинным улицам. И лишь два из них, третий номер и четвертый, шли прямо, через сотню метров выбегая из поселка, и катили себе по степи к Ильевке и Пятиморску — так близлежащие селения назывались. И вот здесь, на этой последней общей остановке, люди часто путались. Второпях или просто в рассеянности входили они в автобус, а когда тот набирал скорость, оказывалось, что номер автобуса другой, и едет он вовсе не туда, куда человеку надо. Начинался шум и крик, автобус чаще всего останавливался, высаживая незадачливого пассажира. Кондуктор и шофер совестили ротозея.

    Не первый день ходили так автобусы и не первый год, пора бы уж и привыкнуть, но все же иной раз путались люди.

    Так случилось и в этот весенний день. Старушке надо было ехать на завод иг дальше куда-то, а влезла она в четвертый номер, который шел в Ильевку. Автобус побежал прямо и поворачивать, куда старушке надобно, вовсе не собирался. Она это, естественно, заметила и заохала:

    — Ой, ой! Куда же он едет! Мне ж не туда совсем!

    — Глядеть надо, — сказала кондукторша, — и слушать. Ясно написано — четвертый номер. И объявила я.

    — Дочка, не разобрала я, — оправдывалась старушка, — не доглядела. Останови, Христа ради. Мне с переезда-то больно далеко идти.

    — Старый человек, надо уважить, — поддержал кто-то.

    Кондукторша, симпатичная молодая женщина, была недовольна и

    Старухиной нерасторопностью, и этой поддержкой. Но тут объявилась ей выручка.

    Молодой мужчина, круглолицый, в берете, наставительно произнес:

    — Существуют надписи. Надо читать. Ясно написано — четверка. И

    Нечего претензии предъявлять, — поглядел он на старушку свысока.

    Кондукторша, которая уже потянулась было к кнопке, чтобы автобус остановить, тут же передумала.

    — Кечно, — обратилась она к мужчине, — номер написан, и объявила я. Не глядят, не слушают, а лезут.

    — Да глаза у меня, дочка, старые, — жаловалась старушка. — Где уж я разгляжу! Може, ты вправду сказала, а я недослышала. Уж прости…

    — А вот надо слушать, — наставительно произнес круглолицый в берете. — Подходишь, надо не лезть сломя голову, а посмотреть. Не видите, у людей спросите, они подскажут, — тоскливо объяснял мужчина. — Ведь и спереди номер написан, и сбоку, и сзади. Все как положено. И кондуктора объявляют. А мы лезем на дурачка, чего, мол,

    Глядетъ. Если не туда попадем, сразу в крик: остановите! Остановите! А

    Автобуса график. Старушка, вначале было привставшая, печально поглядела, как

    Донеслись мимо последние дома поселка и началась степь, и уселась на место.

    — О-ох, — вздохнула она и задумчиво, вовсе не зло, добавила: — А

    Либо всю жизнь будете молодыми, не постареете… Дай бог, дай бог,

    И замолчала.

    — Надо к порядку приучаться. Как в городе. Там, небось, никто не

    Отпросит: останови! Номер обозначен — пожалуйста, — продолжал

    свою песню мужчина.

    И слушала его кондукторша, согласно кивала головой, а прочие ди глядели в окна. И старушка тоже.

    Сформулируйте проблему (проблемы), поднятую (-ые) в данном тексте.

Ответы 0

  • Добавить свой ответ

Войти через Google

или

Забыли пароль?

У меня нет аккаунта, я хочу Зарегистрироваться

How much to ban the user?
1 hour 1 day 100 years