КРАТКОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ ( 10 ПРЕДЛОЖЕНИЙ )
Горячая машина отдыхала на пригорке в перистой тени акаций. Оттуда было видно Азовское море, налитое густой лазурью до самых краев в рыжие глинистые берега. На мысу над морем белел поселок, как будто чайки сели отдохнуть среди кудрявой зелени низкорослых садов. Эго был рыбачий городок Геническ – родина Фроси.
Может быть, поэтому Горленко вспомнил о Фросе и чахтере из Горловки и рассказал мне историю их любви и жизни. Оказывается, он уже успел все это узнать, опередив меня. Я тоже заметил почти детскую нежность в обращении Фроси с шахтером.
История их была удивительной и совершенно простой.
В бою под Чонгаром шахтер был тяжело ранен. К нему подползла санитарка. Это была Фрося. Она перевязала его, но тут же сама была ранена осколком снаряда. Тогда шахтер, почти теряя сознание, перевязал свею спасительницу.
Потом они долго лежали в степи, пока их не подобрали и не отправили в санбат. Фрося говорила Горленко, что она выросла сиротой, жила одна, а тут этой ветреной ночью она услышала, как тяжело дышит рядом спасенный ею человек, и поняла, что он ей теперь не чужой, что их породнила великая сила сострадания.
Мутные звезды светились над Сивашем, отражались в его мертвой воде, и Фрося думала, что вот сейчас в ледяной степи среди колючих трав у берега гнилого этого моря, освещенного вспышками орудийного огня, она нашла то, что сильнее смерти, сильнее горя, сильнее всего на свете, – родную человеческую душу.
– Вот и все, – сказал Горленко. – Никаких украшений жизнь не прибавила к их любви. Украшения пусть придумывают писатели. Но я считаю, что это совершенно лишнее.Я согласился с ним.
ПОМОГИТЕ ПОЖАЛУЙСТА!

На мысу над морем белел поселок - это был рыбачий городок Геническ – родина Фроси. Может быть, поэтому Горленко вспомнил о Фросе и шахтере из Горловки и рассказал мне историю их любви и жизни. В бою под Чонгаром шахтер был тяжело ранен, к нему подползла санитарка - это была Фрося. Она перевязала его, но тут же сама была ранена осколком снаряда. Тогда шахтер, почти теряя сознание, перевязал свею спасительницу.Потом они долго лежали в степи, пока их не подобрали и не отправили в санбат. Фрося говорила Горленко, что она выросла сиротой, жила одна, а тут этой ветреной ночью она услышала, как тяжело дышит рядом спасенный ею человек, и поняла, что он ей теперь не чужой. Мутные звезды светились над Сивашем, и Фрося думала, что вот сейчас в ледяной степи среди колючих трав у берега моря, она нашлародную человеческую душу.– Вот и все, – сказал Горленко. – Никаких украшений жизнь не прибавила к их любви. Украшения пусть придумывают писатели, но я считаю, что это совершенно лишнее.

Горячая машина отдыхала на пригорке в  тени акаций, откуда было видно Азовское море.  На мысу над морем белел рыбачий поселок Геническ  – родина Фроси.И тут Горленко рассказал мне историю любви Фроси и шахтера из Горловки.История их была удивительной и совершенно простой.В бою под Чонгаром шахтер был тяжело ранен. К нему подползла санитарка Фрося, которая  перевязала его, но тут же сама была ранена осколком снаряда. И  шахтер, почти теряя сознание, перевязал свою спасительницу. Их породнила   великая сила сострадания.  Фрося нашла то, что сильнее смерти, сильнее горя, сильнее всего на свете, – родную человеческую душу.Никаких украшений жизнь не прибавила к их любви.