прокомментировать орфографию и пунктуацию и знаки препинания Море гудело под ними,грозно выделяясь из всех шумов этой тревожной и сонной ночи. Огромное, теряющееся в пространстве, оно лежало глубоко в/низу,далеко белея сквозь сумрак бегущими к земле гривами пены. Страшен был и беспорядочный гул старых тополей за оградой сада,мрачным островом выроставшего на скалистом прибрежье. Чувствовалось,что в этом безлюдном месте властно царит теперь ночь поздней осени и старый большой сад, забитый на зиму дом и раскрытые беседки по углам ограды были жутки своей заброшенностью. Одно море гудело ровно,победно и казалось все величавее в сознании своей силы. Влажный ветер валил с ног на обрыве и мы долго не в состоянии были насытиться его мягкой,до глубины души проникающей свежестью. Потом,скользя по мокрым глинистым тропинкам и остаткам деревянных лестниц,мы стали спускаться в/низ,к сверкающему пеной прибою. Ступив на гравий,мы тотчас же отскочили в сторону от волны, разбившейся о камни. Высились и гудели черные тополи,а под ними,как бы в ответ им, жадным и бешенным прибоем играло море. Высокие,долетающие до нас, волны с грохотом пушечных выстрелов,рушились на берег,крутились и сверкали целыми водопадами снежной пены, рыли песок и камни ,и убегая назад,увлекали спутанные водоросли, ил и гравий,который гремел и скрежетал в их влажном шуме. И весь воздух был полон тонкой,прохладной пылью, всё вокруг дышало вольной свежестью моря. Темнота бледнела,и море уже ясно видно было на далекое пространство. "И мы одни"- сказала она, закрывая глаза. Море гудело под ними,грозно выделяясь из всех шумов этой тревожной и сонной ночи. Огромное, теряющееся в пространстве, оно лежало глубоко в/низу,далеко белея сквозь сумрак бегущими к земле гривами пены. Страшен был и беспорядочный гул старых тополей за оградой сада,мрачным островом выроставшего на скалистом прибрежье. Чувствовалось,что в этом безлюдном месте властно царит теперь ночь поздней осени и старый большой сад, забитый на зиму дом и раскрытые беседки по углам ограды были жутки своей заброшенностью. Одно море гудело ровно,победно и казалось все величавее в сознании своей силы. Влажный ветер валил с ног на обрыве и мы долго не в состоянии были насытиться его мягкой,до глубины души проникающей свежестью. Потом,скользя по мокрым глинистым тропинкам и остаткам деревянных лестниц,мы стали спускаться в/низ,к сверкающему пеной прибою. Ступив на гравий,мы тотчас же отскочили в сторону от волны, разбившейся о камни. Высились и гудели черные тополи,а под ними,как бы в ответ им, жадным и бешенным прибоем играло море. Высокие,долетающие до нас, волны с грохотом пушечных выстрелов,рушились на берег,крутились и сверкали целыми водопадами снежной пены, рыли песок и камни ,и убегая назад,увлекали спутанные водоросли, ил и гравий,который гремел и скрежетал в их влажном шуме. И весь воздух был полон тонкой,прохладной пылью, всё вокруг дышало вольной свежестью моря. Темнота бледнела,и море уже ясно видно было на далекое пространство. "И мы одни"- сказала она, закрывая глаза.