почему ответы представителей Корейского народа на один и тот же вопрос могут быть разными

ревожно начиналась вторая половина ХХ века. В мире бушевала «холодная война». Бывшие союзники по антигитлеровской коалиции стояли по разные стороны баррикад, конфронтация между ними нарастала. Гонка вооружений, развернувшаяся между блоком НАТО во главе с США, с одной стороны, и СССР с его союзниками – с другой, набирала силу. Вспыхивали и гасли конфликты разной степени напряжённости, возникали горячие точки, где сталкивались интересы сторон. Одной из таких точек в начале 50-х годов стал Корейский полуостров. Корее, аннексированной Японией после Русско-Японской войны, была обещана союзниками независимость на Каирской конференции (1 декабря 1943 г.). Решение было закреплено в Постдамском заявлении (26 июня 1945 г.). Когда Япония капитулировала во второй мировой войне, союзниками была достигнута договорённость (15 августа 1945 г.) об установлении разделительной линии по 38-й параллели, к северу от которой японские войска будут сдаваться СССР, к югу – США. Следуя условиям капитуляции, СССР считало 38-ю параллель политической границей: вдоль неё опускался «железный занавес». В соответствии с решениями Московского совещания министров иностранных дел, в задачи созданной совместной советско-американской комиссии входило оказание содействия образованию Временного корейского демократического правительства и разработка соответствующих мероприятий. С этой целью Комиссия при подготовке своих предложений должна была консультироваться с корейскими демократическими партиями и общественными организациями. Советская сторона в Комиссии опиралась прежде всего на левые демократические партии и организации, которые выражали волю народа. США сделали ставку главным образом на правые силы и общественные партии и организации, ориентировавшиеся на капиталистическую Америку и сотрудничавшие с ней в Южной Корее. Позиция, занятая США по вопросу о консультациях, снова показала их нежелание прислушаться к голосу корейского народа, прямое противодействие созданию независимой демократической Кореи. Американское правительство преднамеренно старалось исключить участие в консультациях представителей демократических партий, профсоюзных, крестьянских, женских, молодежных и других организаций Юга. Оно настаивало на привлечение к консультациям тех партий и групп, которые выступали против Московских решений в декабре 1945 года. Советский Союз, напротив, вёл в Комиссии линию на широкое привлечение к консультациям как можно большего числа корейских демократических партий и общественных организаций, то есть тех, кто выражал подлинные интересы народа. В итоге деятельности Соединённых Штатов Комиссия до мая 1946 г. не смогла прийти к каким-либо решениям, и её работа была прервана.